Дождливый день в Нью-Йорке
Это Ярдли.
Считается, что это отличный гуманитарный колледж,
а его красивый кампус, расположенный вдали от города,
показался моей матери вполне изысканным.
Но вся эта деревенская идиллия -
полная фигня, потому что в траве тут живут клещи
В Ярдли нагрузка побольше, чем в моём предыдущем колледже.
Я смог протянуть лишь несколько месяцев в одном из
псевдоинтеллектуальных заведений Лиги Плюща,
где, по словам матери, я должен был получить «пристойное» образование.
Она считает, что я не использую свой высокий Ай-Кью должным образом,
хотя на выходных я выиграл двадцать тысяч в покер.
Но об этом позже. В студенческой газете мы познакомились с Эшли.
С моей девушкой, Эшли Энрайт.
Мой отец работал с банком её отца в Аризоне, и мать, естественно,
мечтает, чтоб мы поженились, хотя Эшли она ни разу не видела.
Но как раз в этом я с матерью согласен, ведь –
пускай мы встречаемся всего пару месяцев –...
- ...я безумно влюблён в Эшли. - Гэтсби!
Я буду брать интервью у Роланда Полларда!
О, боже мой, это же прекрасно! Как тебе это удалось?
- У него новый фильм выходит осенью... - Угу.
И сначала интервью заказали Присцилле МакКейн,
но у неё мононуклеоз, и послали меня.
Мононуклеоз в этом колледже в обязательной программе.
Но, слушай, Эш, тебе страшно повезло. И, и когда это?
- А, это двадцать восьмого числа. - Ага.
В субботу.
Ясно. Здесь – на кампусе?
Не-а. На Манхэттене.
- На Манхэттене!? Серьёзно? - Да!
Фантастика! Мы же давно планировали наш уикенд на Манхэттене.
Ладно. Смотри, я забронирую номер в Карлайле.
Это там, где, помнишь, я рассказывал, пианист
в баре играет и поёт старые Бродвейские хиты.
И я свожу тебя на обед и на ужин. Ну как? Заодно город покажу.
- Ага. - Да?
Только это же очень дорого.
Расслабься, денег полно. Я в воскресение выиграл двадцать штук.
Ты опять в кости играл?
Не-не-не, на этот раз в покер.
У меня – сет десяток, а мужик с парой тузов всё поднимал ставки.
О. Откуда у тебя столько денег играть по-крупному?
На скачках выиграл накануне.
Я ж тебе говорю – по мне плачет Вегас. Я – просто прирождённый игрок.
Боже, я мечтала, чтоб ты показал мне Манхэттен.
Не говори, это будет фантастика.
У папы есть человек – спец по билетам –
может он достанет билеты на «Гамильтона»?
Только я не хочу, чтоб родители знали, что я в городе.
О. А почему?
Мать проводит ежегодный Осенний Приём и у неё припадок, что я не приеду,
а я... соврал, что мне нужно курсовую сдавать.
Или придётся идти к ней, а это - смерть, стоять там,
пить с толпой выпендрежников, которых даже
манхэтенские квартирщики на фиг не пошлют.
Это невероятно.
Интервью с режиссёром «Зимних воспоминаний».
Мы же смотрели этот фильм на первом свидании. Кажется, да.
Я так волнуюсь.
Ты должен помочь мне придумать список очень глубоких вопросов.
Не хочу показаться дурочкой.
Да никем ты не покажешься.
Знаешь, я сейчас сообразил, «Карлайл» нельзя –
слишком близко к дому родителей.
Но я хочу, чтоб ты видела парк - знаешь что? Остановимся в «Пьере».
И парк будешь в окно видеть, и расстояние от родителей безопасное.
А после ужина, мы пойдём в Карллайл, сядем в баре, и посидим там.
Это прямо старый Нью-Йорк. Я его обожаю.
Там росписи Людвига Бемельманса.
- О, ух ты. - Ага.
Да, а я... я была на Манхэттене только дважды.
В первый раз мне было два, во второй – уже двенадцать.
Я помню, там были какие-то сумасшедшие скидки.
Родители были в шоке, что сумку Биркин и Ролекс
можно купить просто с простыни на улице,
всего за двести долларов.
Ты придумал ещё какие-нибудь умные вопросы для интервью?
Кто формировал его взгляд на любовь – Дени де Ружмон или Ортега-и-Гассет.
Откуда ты вечно всё это знаешь?
Из книг, только не из школьной программы.
Мне вообще всё равно, кто победит – Беовульф или Грендель.
Нет, плевать.
Если б я ещё ставки делал – тогда...
М. Не знаю, что я так нервничаю. Просто...
А... Школьным газетам же не дают Пулитцера, да? Кажется, нет.
Ты справишься, только не дави на себя.
- Ага. - Всё будет отлично.
Слушай, я ещё очень хочу на Уиджи в Моме,
и я забронировал столик в «Дэниеле», неплохое место, туда надо приодеться,
будет класс, и я разорился на люкс в Пьере.
Ну а что, это даже не деньги – просто выигрыш в покер.
Гэтсби, это так красиво.
Я хотел, чтоб это было незабываемо.
Ух ты. О, ещё и цветы.
Это не от меня, не знаю – откуда они.
Шампанское. Ого.
О, смотри, какой вид!
Я просил повыше, чтоб было видно Центральный Парк.
Центральный Парк.
Обалдеть!
Спасибо большое, сэр. Искренне благодарен.
О...
- Спасибо. - А мы успеем...
...может быть, вечером покататься в карете?
- Конечно. - Только б дождя не было.
Можно и под дождём, это атмосферно. И романтично. Так даже лучше.
Который час?
Да, пора, его отель в центре, можем попасть в пробку.
О, это далеко?
Это в Сохо. Тебе понравится Сохо.
Это оазис для хипстеров, но потом там всё стало дорого,
и хипстеры перебрались в Трайбеку.
Но и там стало дорого, и они ушли в Бруклин.
Следующий шаг – переезд к родителям.
Он выделил мне только час.
Столик у нас забронирован на полвторого.
Ага. Чем ты займешься, пока будешь меня ждать?
Не знаю. Так, поброжу по Сохо, к брату зайду.
Как же я рад снова быть в городе.
Честно говоря, если б не ты, я бы даже не стал возвращаться в Ярдли.
И что бы ты делал?
Разрушил бы жизнь каким-то прекрасным способом.
Здрасте, я к мистеру Роланду Полларду.
- Роланд, это Эншли Энрайт из Ярдли. - Здрасте.
- Очень приятно. - Эшли, это Роланд.
К показу всё готово. У нас очень плотное расписание.
Прошу.
Во-первых, я бы хотела сказать, что это большая честь.
Мне кажется, вы самый интересный американский режиссёр.
Спасибо.
Я пишу об искусстве, и вы всегда для меня наравне с Ренуаром и Де Сикой.
Удивительно, что кто-то в вашем поколении знает Ренуара и Де Сику.
О, эм... Просто кино – это моё.
Я видела всю американскую классику. Особенно европейскую.
Куросава – мой кумир.
Строго говоря, он, конечно, японец,
но ваши фильмы попадают мне прямо в сердце.
Эм... Из какого вы колледжа?
- Ярдли. Он маленький. - О.
Я знаю. Моя первая жена там училась.
Правда?
Да, она... изумительная женщина.
Светлые волосы и прикус, абсолютно выдающийся.
Чистый секс, магистр философии.
Надо сказать, я её не заслуживал, и мы с ней расстались, так что...
Ой... Ну, это...
Ни богу свечка, ни чёрту кочерга, кажется.
Хотя, у вас, наверное...
Скорее чёрту кочерга.
А вы из Нью-Йорка?
Тусон, Аризона.
А кто ваши родители?
Ой, я боялась этого вопроса. Мой отец – банкир.
А это плохо?
Ну, я же знаю, что вы думаете.
Весь набор. Республиканцы. Один процент.
Но мы не такие.
Мы просто такие же христиане, как все, просто богатые.
Прямо, как моя Эшли.
У! И кто же - ваша Эшли?
Моя первая жена.
Которая со светлыми волосами и выдающимся прикусом.
И её звали Эшли?
Да. Эй-эс-эйч-эл-уай.
А, нет... Меня зовут совсем иначе.
Немое «Эйч» в конце.
Орфография для списка Форбс.
Раз уж у вас это первое серьёзное интервью, хотите инсайд?
Чего?
Ну... Тайную информацию, это термин такой.
О, инсайд!
Лучше уж поделиться с вами, чем с какой-то таблоидной журнаюгой.
Боже мой.
Вы говорите, у меня просто может начаться
мой знаменитый приступ нервной икоты.
Я заикаюсь от нервов.
Это и есть инсайд?
Нет, это, это не инсайд.
Извините...
А когда нервничаю на сексуальной почве, то всё -
я могу икать до бесконечности.
Хм.
Инсайд такой - я недоволен своим фильмом.
Да ладно?
Мне пора заканчивать с кино.
Вот это инсайд.
Знаете...
Если можно честно, мистер Поллард...
Публика вас не понимает.
Вы слишком оригинальный.
Вы ни разу в жизни не пошли на коммерческие уступки.
Вы подлинно свободный художник.
Как Ван Гог, или Ротко, или Вирджиния Вульф.
Конечно, все они покончили с собой...
Очень мило с вашей стороны, Эшли.
Почитайте меня о вас.
Я считаю, ваш шедевр еще впереди.
Конечно, это просто, ну, студенческая газета, но подписчики у нас есть.
Вы думаете, лучшее ещё впереди?
Уверена.
Я, конечно, не видела новый фильм, но мне кажется...
Хотите посмотреть?
С удовольствием!
Но, я... я знаю, до премьеры это секрет. И я вас понимаю.
А сейчас вы заняты?
Сейчас?
Да, сейчас. У нас показ для Теда Давидофф, он писал сценарий.
О, конечно, я знаю. Сценарист всех ваших фильмов. Он гений.
Я покажу ему, что я там изменил, пытаясь спасти лицо.
А фильм долго идёт?
Наверное, я могу перенести свою встречу.
Жить надо либо в Нью-Йорке, либо вообще не жить.
Такого уровня тревоги, враждебности и паранойи вы нигде не найдёте.
Потрясающее чувство.
Я тем временем решил себя побаловать и купил мундштук.
Во-первых, с ним я выгляжу щеголем, а во-вторых,
он поможет слегка оттянуть рак или эмфизему.
Я слишком много курю.
И тут я, конечно же, столкнулся с самым
неприятным и душным парнем из моей школы.
Уэллс? Привет!
Троллер.
Тебя правда выперли с первого курса?
Нет-нет, меня не выгоняли.
Я перевёлся в Ярдли, в первом колледже всё было слишком расслабленно.
О... А говорят – выперли.
Нет.
Ярдли, это вообще где, в Афганистане?
За городом.
- Э, а ты слышал насчёт Финлеттера? - Нет.
Его вышвырнули из Принстона за поддельные чеки.
Нет, я не знал про это.
Ага, но ему пофиг, потому что его отцу
на работе дали супер-«золотой парашют».
Даже если он станет серийным убийцей, с работы его никто не выгонит.
Странное выражение.
А Милстин выходит за Кэрол Дюран!
И это просто бред, потому что она же – вылитый Ясир Арафат!
К тому же, она фригидная.
Знаешь, если верить всем сплетням...
А что ты в городе забыл?
Я со своей девушкой. Просто приехали погулять.
О. И кто твоя девушка?
Ты её не знаешь.
У неё хотя бы есть имя?
Эшли.
Эшли?
Как Эшли Уилкс из «Унесённых ветром»? Этот чмошник?
А что с Джошом Лумисом?
Я только от него. Он тут рядом кино снимает.
Кино?
Так, студенческий фильм.
Какой-то университетский проект, по-моему - полная фиговина.
Загляни к нему.
Он там с Эванс и с младшей Тайрэлл.
Вы с ним вечно смотрели старое кино, чмошники.
Погоди, там младшая сестра Эми? А Эми там?
Она учится в Вассаре. Тоже мне. Подумаешь.
Сисек никаких. Два прыща на гладильной доске.
Эми красивая.
Твой типаж, что - Грэйс Келли?
Так чего ты приехал?
Я с девушкой, она берёт интервью у Роланда Полларда для газеты Ярдли.
А кто это?
Это режиссер, он снял «Зимние воспоминания», э, «Свет Луны».
Ой, да. Терпеть не могу его фильмы.
Всё это чмошное эмоциональное нытьё, ни одной приличной туалетной шутки.
Да, ага, а...
Пойди, посмотри, как они там снимают.
Может, ещё и снимешься, они ищут добровольцев.
Ты с этим мундштуком - готовый персонаж, мутный нытик.
Ладно, я уже опаздываю.
Слушай, я бы не стал свою девушку оставлять с голливудским режиссером.
Ага, спасибо, учту.
Ты даже не спросил, как мои дела!
Как твои дела?
Поступил в медучилище. У папани там связи.
Я не останусь на ланч.
Что? Почему?
Я должна посмотреть его фильм!
Да ладно?
Это же невероятная возможность.
И потом мы с ним будем это обсуждать и всё такое.
Что это за новости? Я думал, у тебя это всего на час!
И я тоже, но он стал мне исповедоваться.
Что?
Ага. У него настоящий творческий кризис. Это настоящая сенсация.
Да, но у нас столик забронирован.
Да, но слушай, ты же не хочешь, чтоб я отказалась от просмотра?
Я же работать приехала. У нас полно времени.
Но когда? Это кино займёт часа два.
Ну, например, сейчас час.
Часа в три фильм кончится, и весь вечер мы будем вместе.
Как вы так быстро подружились.
О. У него просто какой-то приступ самоедства.
Ага. Это инсайд.
Это он?
Да.
Ого, он куда старше, чем я думал.
Но выглядит отлично, скажи. Он – страдалец.
И что? Что хорошего в страдании?
Ты бы слушал, как он говорит про искусство. С такой страстью.
Конечно, все его актрисы в него влюблялись.
Можно с ним познакомиться? Или...
О, нет, не надо, ты его только спугнёшь.
Да я только...
Нет, он очень закрытый человек. И в смятении.
Да, в общем, увидимся, встретимся в «Карлайле» в три.
В «Пьере». «Карлайл» - вечером.
Да что ж такое. Почему девушкам вечно нравятся какие-то старики?
Что сексуального в этих ветхих развалинах с провалами в памяти?
Не хочу никогда стареть.
С моим курением, я и так к сорока годам начну харкать кровью.
Но, если она хочет заполучить какую-то инсайдерскую сенсацию,
наверное, ей придётся побыть с ним подольше.
А тем временем начинается дождь.
Эй! Гэтсби!
Джош.
- Как жизнь? - Привет, как сам. Рад тебя видеть.
И я рад. Слушай, я тут встретил Алвина Троллера.
- Он сказал, вы тут короткометражку... - А, да. Да-да.
...снимаете, я решил заскочить.
Это просто курсовая. Ничего особенного.
- Класс, класс. - А как Ярдли? Ты же там, вроде?
Ну так, я не в большом восторге. Лучше бы колледж в городе, но...
Это ж моя мать, если что-то неидеально,
она сразу раскусывает ампулу с ядом, у неё всегда есть в заначке.
А, да? Нет, я не знал.
Я только помню, они делали сбор средств для Джеба Буша, да?
- Да, фанд-, точно, точно, ага, да. - Да, ага, это было...
- Да, да-да. - Ага.
Слушай, как ты сам, как жизнь? Что вообще происходит, чего делаешь?
Да вот, просто хочу снять классику современного нуара, и всё.
Ясно. Понятно.
Хочешь сняться?
Нет.
- Да чего ты. - Нет. Нет-нет-нет-нет.
- У нас массовки не хватает... - Да ладно.
Куча народу не пришла.
- Слушай, я же не артист. - Говорить ничего не надо.
Серьёзно. Сидишь в машине и по команде выпускаешь девушку, всё.
Текст точно учить не надо?
- Ладно. - Точно. Ноль слов.
Ладно, это мы можем.
- Класс. Забились. А ты помнишь Чен? - Ага.
Чен Тайрелл.
Привет.
- А ты младшая сестра Эми, да? - Ага, рада тебя видеть.
Взаимно.
Ну что, начнём?
- Ага, вперёд. - Угу.
Хороший плащ, кстати. Нет, оставь свой.
Эй, слушай, а твоя сестра в колледже в Вассаре, да?
Да, она изучает политологию. Представляешь?
Она ведь даже про убийство Линкольна была не в курсе.
- Боже мой, Чен Тайрелл, с ума сойти. - Она просто безнадёжна.
Ты же была девочка, а теперь ты настоящая девушка.
Да? А, только не пой арию из «Жижи».
- Да не, почему, какая ария ... - Так, значит, история такая.
Она дико тебя хочет и не может отпустить.
Значит, э, она тебя целует и потом убегает.
- Класс. - Чен Тайрэлл.
Кстати, заранее извиняюсь, что всё испорчу, я не актёр.
Да я тоже не актриса. Просто решила помочь другу.
А мы целуемся?
Да. Вот я никогда не стремилась в актрисы.
Ещё страсть изображать с какими-то шизиками.
Спасибо.
Но неважно. Ты, главное, целуй так, чтоб пробило до печёнок.
А мы с твоей сестрой целовались. Она рассказывала про это?
М, не знаю – не помню. Кажется, оценила на четыре.
- Четыре!? Я - на четвёрочку!? - Ага. Не знаю, может быть шесть.
Шесть из десяти, я не помню.
Главное сейчас поцеловаться страстно.
Уж если делать – то по-человечески.
Главное - работа.
Именно.
И... начали.
Стоп.
Может хоть приоткроешь рот?
У меня девушка, Чен, я так просто не могу. Извини, я зажался.
У тебя – девушка? И что за девушка?
Её зовут Эшли. Тоже из Ярдли. Ну, то есть, она сама из Тусона.
Из Тусона? У тебя – девушка из Аризоны?
А что – ты не одобряешь?
О чем с ней говорить, о кактусах?
О гремучих змеях.
Ого. Аризона. Для твоей астмы – в самый раз.
У меня нет астмы.
Странно, а когда мы целовались, ты вроде как-то хрипел.
Знаешь, ты вечно в соплях путалась в детстве.
- Ну что? Мы можем? - Мы можем? Сейчас, одну секунду.
А сейчас чем занимаешься?
Изучаю дизайн в институте моды.
Как необычно.
Мотор.
Сцена 19, дубль два.
Начали.
Стоп. Уже лучше.
Джош, он даже губ своих разомкнуть не может.
- А ты зря психиатра бросил. - Чен.
Да что ты пристала. Я гулял, решил помочь товарищу, и всё.
Я раньше в кино не играл.
Сцена 19, дубль 3.
Начали.
Джош, сейчас дождь пойдёт.
И стоп. Отлично.
Да, у меня было. Ага.
Видишь? Можешь, когда захочешь.
- А девушке я не скажу. - Эй, Джош!
Эй, Джош? Тебя всё устроило? А то я ещё могу.
Нет, нет-нет-нет-нет-нет, не надо по-другому, очень хорошо получилось.
Ладно, удачи в Аризоне, главное – не заблудись в пустыне,
а то умрёшь от жажды.
Обязательно фляжку захвачу.
И в большой каньон не упади, там глубоко.
От этой младшей сестры вечно были одни неприятности.
Ну а как иначе. Эми была роскошная и сексуально продвинутая.
Говорят, она сделала кому-то минет на бар-мицве.
Думаю, это должно стать обязательным номером
в программе каждого еврейского праздника.
Это поинтереснее, чем великий пост.
Замечательный способ отпраздновать Новый Год и лучший подарок на Хануку!
Интересно, что так беспокоит Хантера.
Он был весь на нервах, когда я ему позвонил.
Гэтсби!
- Сюрприз! - Что? Ау!
Я же сказал, что могу заскочить.
С ума сойти!
Слушай, если ты занят, я могу зайти в другой раз...
- Нет! Мне как раз нечего делать! - Рад тебя видеть.
- Как ты? - О, братан. Мужик.
- Да всё хорошо. А ты как? - Тоже вроде не жалуюсь.
Ну отлично. Приехал на мамину тусу?
Нет. И не говори ей, что я здесь.
Ого.
Ничего, Хантер, справишься.
Ты помолвлен, с мамой не живешь, она тебя не накажет.
Хм. Если мама узнает, она умрёт.
Не умрёт, выживет. И она не узнает.
Ага... Какими судьбами?
О, из-за Эшли, это моя девушка.
Она берёт интервью у Роланда Полларда, режиссера,
- для газеты колледжа. - Это – о...
Да, большое дело.
Эшли. От которой мама с ума сходит?
- Она её в глаза не видела. - Да ладно .
Хантер, твои родители просят...
- О, привет, Гэтсби. - Привет.
- Я так рада тебя видеть. - И я рад. Как дела?
Отлично. Что ты делаешь в городе? Весь промок.
Его девушка берёт интервью у Роланда Пэ...
- Садись. - Ага. Полларда, он режиссер.
Только не говори маме, что я здесь, я не хочу к ней идти...
Он ненавидит тусы. Мистер Асоциальность.
Что?
Ты всегда ненавидел мамины литературные вечера.
Только у богатых домохозяек есть время на всю эту эзотерику.
Неработающие обсуждают нечитабельное.
Она просто хотела, чтоб мы выросли культурными людьми.
Да, а Джимми Кэннон – не культура? А Том Адэйр?
Или культура это только книги про
превращения в тараканов и печенья «мадлен»?
Ты главное на нашу свадьбу хотя бы приди?
Да, конечно, он же свидетель. Перестань. Он плачет на свадьбах.
Он не так крут, как кажется, он плачет на свадьбах и похоронах.
Это одно и тоже.
Ладно, я пойду, приму душ, у нас есть кофе.
Конечно.
Я так рада, что ты здесь.
А уж как я рад.
Ну ладно. Ха-ха.
Она всегда мне нравилась.
Гэтсби?
Что такое?
Гэтсби.
Я не хочу на ней жениться.
Что?
Я не могу. Не могу. И сбежать тоже не могу.
Это её убьёт. Двести приглашённых.
Забронирован Клуб «Сенчури».
Они пригласили оркестр. Господи, помоги мне.
- Стой, но... Так, ладно.
А что... что случилось?
Ты решишь, что я идиот.
Нет, я так не решу. Скажи, что случилось?
Не могу. Это правда тупо.
Слушай, не заставляй меня нервничать. Давай свою захватывающую глупость.
- Слушай, она... Она умная. - Угу.
Гэтсби, она хорошая, она добрая.
И?
Я не могу выносить её смех.
- Что? - Я ненавижу её смех.
Её смех?
Да. Да, её смех. Её смех.
Хантер, я ничего тупее в своей жизни не слышал.
Я тебя сразу предупредил.
Что не так с её смехом?
Ты бы слышал. Сразу всё падает.
Ты её сильно любишь?
Люблю! Я люблю её, правда. Только этот её смех...
Если любишь, переживёшь.
Не могу. Я пытался. Я пытался, много раз.
Вчера ночью мы болтали в постели, она засмеялась, и я просто не смог.
Что?
- Не смог. Как этот... импотент. - Но... От её смеха?
И не в первый раз.
Хантер, сходи к психологу.
Что?
- Я серьёзно... - При чём тут психолог.
Я знаю в чём проблема. Меня убивает её смех!
Это... Это где-то между нашей тётей Бетти и Ленни из «О мышах и людях».
Я никогда не слышал о такой проблеме.
Ты ещё молод, Гэтсби. Весь мир состоит из таких жалких обломов.
Но вы вместе больше года, почему это сейчас всплыло?
Вы это с ней обсуждали?
А...
Я пытался тактично, но, кажется, она не поняла, насколько это всё серьёзно.
Я люблю её. Но я не могу жениться, Гэтсби.
Я не смогу заниматься любовью.
Нет, ты просто придумал какую-то чушь, чтоб не жениться на ней.
Я умоляю, не надо мне с таким пафосом вправлять мозги.
Ты послушай её. Когда она спустится, я её рассмешу. Сам всё поймёшь.
Не могу...
- Я, я не могу, прости. - Ролли...
- Я знаю. Прости меня, Тед. - Ролли, перестань.
- Мне просто физически нехорошо. - Не надо.
- Мне нужно... Это унизительно.
Это процесс, Ролли.
- Нет, пересъёмки – дерьмо. - Ролли, сядь.
- Всё, что я сделал – дерьмо. - Не дерьмо. Это свежо, необычно.
Мистер Поллард...
- Это необычно, но это... - Не все изменения работают,
- но некоторые... - Спасибо, что пришли, Эшли.
- Мне надо на воздух. Мне нужно выйти. - Это процесс.
- Мне нужно время. - Вернись, сядь. Не надо так.
Мне надо подумать. Я...
Нет. Только не пей.
- Прошу, не пей. Кончай. - Что?
Ты смотрел два часа на эту дымящуюся кучу
экзистенциального дерьма и тебе нечего сказать?
Это процесс.
- Тед? Тед. - Мы... Каждый раз одно и тоже.
Ролли, давай, вернись.
Не пей! Господи.
Может, лучше его остановить?
Тогда он точно начнёт пить. Вы идите. Можете идти.
А я должен досмотреть это, чтоб потом сказать что-то членораздельное.
Но... Ладно. Но мне всё пока очень нравится.
- Правда? - Правда.
Я без тебя – никто. Никто.
Отмотай назад.
В отеле Фримонт сегодня игра с высокими ставками.
Я не смогу, но ты это всё обожаешь.
Хочешь, звякну Джо Коэну, скажу, ты - вместо меня?
Я бы с радостью. Денег вообще сейчас полно, но, э...
У нас с Эшли планы на вечер.
Мечтаю познакомиться.
Знаю. Но я даже не в курсе, где она.
Я должен был показать ей город.
Тебе понадобится зонтик. Я её сейчас рассмешу.
О. Эй! А я тут как раз пересказывал Гэтсби тот анекдот Ларри Нэша.
Два людоеда жрут стендапера, и один говорит: «Не хватает остроты».
Это вообще не смешно.
- Да? М, ладно. - Так! Это значит - мне пора.
Хантер, рад тебя видеть, как всегда. Лили, спасибо за кофе...
- Я ещё вспомнил. - Очень была рада.
Давай.
Бомж говорит старой еврейке: «Извините, я не ел три дня»,
а она ему: «Надо себя как-то заставлять».
Алло? Эшли, что случилось? Я уже полчаса жду твоего звонка!
Знаю. Показ задержали. Я в этом, э, в логове механика.
Ладно, давай встретимся в Музее Современного Искусства, на 53-ей.
Перекусим там и посмотрим Уиджи.
Я не могу, не могу.
Почему не можешь?
Потому что я разрабатываю материал.
Тут семидесятимиллионный фильм, а Ролли очень недоволен результатом.
Он тебе уже Ролли?
Да, а мы с Тедом должны его найти,
пока у него опять не начался какой-то психоз,
а то он все перемонтирует и убьёт фильм.
Какой Тед?
Гэтсби, я не могу сейчас, я закончу – сразу перезвоню.
И эм, если я опоздаю, встретимся в Плазе.
Это не Пла... это Карлайл! Это там, где бар и пианино, сегодня...
Так, в отеле его нет, и на интервью он тоже не явился,
значит где-то наслаждается самобичеванием, пьёт Курвуазье,
и придумывает, как ещё ухудшить нашу работу.
По-моему, в фильме масса чудесного.
Согласен. Скажите.
Скажите, скажите Ролли, потому что меня он уже не слушает,
я вечно говорю ему одно и тоже.
Но вы, свежая, честная женщина нового поколения,
тем более красивая, может быть...
Может... Пошли его искать. Всё хорошо?
Да.
Пошли.
Ему не нравится её смех. А у Эшли смех идеальный.
Скорей, Эшли. День пропадает зря, такая атмосфера.
Мы могли бы быть на пароме или на крыше
Эмпайр Стейт Билдинг в черно-белом кино...
- Да. Да, он был здесь. - Он был здесь?
Какой-то весь убитый. Махом выдул два бренди.
- Так. - Бормотал, что ему надо на студию.
Ясно. Пошли на стоянку, едем в Квинс.
О, Квинс.
Да, там большая киностудия. Вам ещё интересно?
О, конечно же. Да.
Когда Ролли напивается до депрессии, обожает бродить
по павильонам и воображать, что он – Норма Десмонд.
О.
- Спасибо. - Не за что.
Спасибо.
А можно пару вопросов, раз уж я тут по работе.
Конечно. Какой у вас любимый фильм Ролли?
Зимние воспоминания. Про Венецию.
- Когда вы его посмотрели? - Эм.
Это было с Гэтсби, кстати. На нашем самом первом свидании.
Хм.
От диалогов хотелось целоваться.
Вот эта реплика про то, что любовь и смерть – две стороны одной медали.
Хм. Вы ее так поняли?
Эм... Нет.
Я запуталась и мне было некомфортно, и мне хотелось,
чтоб кто-то обнял и поцеловал.
А вы были в Венеции?
Нет. Но Гэтсби был.
О, боже мой.
Что?
О, я... Я так и знал. Я так и знал, я знал!
Всё в порядке?
О! Господи.
Вы как-то побледнели.
Я так и знал! Она наврала!
Кто?
Конни, моя жена! Она встречается с Липшицем!
С каким Липшицем?
Она сказала, что поехала на шоппинг к сестре, в Коннектикут,
а сама заходит в дом Липшица!
А Липшиц – шпион?
Что? Нет. Лари Липшиц! Мой друг, мой лучший друг!
Мой лучший друг. Не может быть. Она... у них, наверное, роман.
Господи.
Вы в порядке? За сердце схватились!
Так, вот, что мы делаем.
Сидим здесь и ждём, когда она выйдет, и я ей всё выскажу.
О... Надеюсь, у вас в бардачке нет пистолета, как в ваших фильмах?
Вам лучше уйти. Уходите.
Нет, я не могу вас оставить. Вы белый и трясётесь.
Вдох. Глубокий вдох.
Глубокий, доктор Росс сказал дышать.
Глубоко. Дыши глубоко.
Дыши. Дыши.
Нет, не вы. Я!
О, Господи.
Такси!
- О, боже мой, Чен! Ты откуда? - О. О, привет. Привет, я просто...
Ты же в кино снималась.
- Садись, я в следующее... - Нет-нет, давай.
- Точно? - Я тебя подвезу.
А ты куда едешь?
Ты же помнишь. Наша квартира на Пятой Авеню.
Я помню вашу квартиру ещё со времён Эми.
Ага. Я помню, как ты ей звонил. Родители тебя очень не одобряли.
Почему? Что тут можно не одобрять?
На первом же свидании ты потащил её под дождь,
и она свалилась с бронхопневмонией.
Господи, да сколько ж раз объяснять. От дождя этим не болеют.
Не ори на меня. По мне, это романтично.
Да, романтично. Это романтический жест.
Вот и я о том же.
А Эшли думает, что я ненормальный.
Какой Эшли? Это твоя королева родео?
Она не ковбойша. Она - из крупной семьи банкиров.
Мы встретились, когда она впервые вышла в свет.
Откуда, из шкафа? Как гей?
Нет, она не гей.
Она красивая, очаровательная, и мы думали
провести этот чертов уикенд вдвоём, в городе,
а она застряла с этими своими тупыми интервью.
У неё есть амбиции. Разве это не замечательно?
Это только, это должно было быть одно, какое-то жалкое часовое интервью.
А мы просто потеряли весь этот уикенд.
Да расслабься ты. Не надо сходить с ума...
Слушай, мне очень трудно расслабиться, Чен,
это должен был быть особенный уикенд.
А я вместо этого хожу, понимаешь, как Агарь в какой-нибудь пустыне.
Ну я-то при чём здесь. Пусть она решит, что ей важнее.
Скажи, что ты хочешь напиться под дождём и заразить ее бронхитом.
Так, слушай... Она наткнулась на громкий сюжет. Она не шутит с работой.
Класс, ну и успокойся.
Я, я... Как раз сейчас в процессе.
Или ты боишься, что к ней кто-то пристаёт?
Это ещё что значит?
У кого она там интервью берёт – у красавцев?
Я об этом даже не думал, не знаю.
У «интересных» мужчин...
Ну тогда, может, тебе лучше как-то вмешаться?
Надо быть требовательнее?
Надо.
Она там тусует с какими-то шишками бизнеса...
С боссами?
Да, там режиссёр и сценарист.
Художники. Такие страстные.
О, Господи Боже...
Так, ты права, я ей звоню.
Ну да, чем раньше, тем лучше.
- Что, прям так срочно? - Не знаю.
О, ёлки, ну ладно.
Так, это твоя идея. И что... что... Что мне ей сказать?
Вариантов практически нет.
В смысле?
В любом случае – это ревность.
Ты меня убедила ей позвонить!
Я прошу о помощи, а ты говоришь, мне нечего ей сказать?
Слушай, ты просто тряпка.
Я увидела тебя в действии и поняла, почему Эми тебя бросила.
О, нет-нет-нет. Она меня не бросала. Это она мне надоела.
Ага.
То-то каждый раз, если я отвечала на твой звонок,
она начинала махать руками «Меня нет, нет».
Алло, Гэтсби?
Привет, Эшли. Слушай, эм, я знаю, ты занята.
Ты же приехала в Нью-Йорк по работе.
А я уважаю профессиональные амбиции, как никто.
У вас нет пакета? Меня сейчас стошнит.
А, я не могу сейчас. Я тут влипла в одну ситуацию.
Но мы же столько всего планировали.
Я просто... Я очень занята, не могу объяснить по телефону.
Эшли, мы говорили про одно интервью, что тут может быть такого секретного.
Ты... Ты что, в ЦРУ?
Или там что-то подозрительное.
Давай, потом. Пока, Гэтсби. Ай.
О, эти чёртовы мобильники!
Ну не знаю. Звучит, как будто там совсем кранты.
Для тебя, потому что ты испорченная.
А ты её сильно любишь.
Люблю, она - мой воздух.
Она изумительная, прекрасная. Она красивая.
И в то же время, по-своему сексуальная, остроумная.
И поёт хорошо, и на флейте играет.
Слушай, даже не знаю, как сказать... Но ты меня с ней достал, ясно?
Это был твой парень?
Гэтсби? Да.
Голова ещё кружится?
Нет, нормально.
А этот Гэтсби, он кто?
Он тоже учится в Ярдли.
И называет его «Высшим учебным мавзолеем».
Он тоже журналист, да?
Нет. Кем он хочет быть – непонятно.
Наверное, его главная мечта – он хотел бы быть Скаем Мастерсоном.
Картёжником из мюзикла?
Ага. Он немного эксцентрик.
В каком смысле... эксцентрик?
Ну...
Я думаю, это всё связано с тем, что у них с мамой жуткие отношения.
Она его вечно заставляла читать всё на свете и играть на пианино и...
В общем, он очень умный.
Он из тех студентов, что не готовятся к экзаменам, а потом сдают лучше всех.
Прям, как я.
Честно сказать...
Никому не говорите, но у него, по-моему, лёгкий Аспергер.
Эй, знаешь что, Чен?
- Да? - Я тоже тут выйду.
Какие планы?
А что?
Что?
Просто мне надо как-то убить время,
и я думал сходить в Мому, на выставку Уиджи.
А, ясно. Тебе нечем заняться, а я должна тебя развлекать?
Знаешь, забудь... Мы встречались с твоей сестрой.
Ты вечно немножко хамила. И мне не нужны эти проблемы.
Я посмотрю пару картин в «Мете» по истории костюма, составь кампанию мне.
А нельзя было просто...
Ладно. Отлично. Будем друг друга нервировать.
Я переоденусь в сухое. Есть хочешь?
Аризонского ничего нет - вяленое мясо съели.
Ох...
Столько воспоминаний...
Родители в Ист-Хэмптоне на выходные.
Да? А ты чего не поехала?
У меня свидание.
У тебя?
Да, не удивляйся. Кому-то нравятся такие, как я.
Ага, и кто же несчастная жертва?
Ты его не знаешь. Он дерматолог моей подруги.
Романтика! Хм.
Не забудь ему показать три свои странные родинки на спине.
Думаю, ерунда.
Надеюсь, я не зря пропущу уикенд в Хэмптоне.
- Да, но... - На пляже под дождём тоже красиво.
А родители не смущают?
А что, я их люблю. Ты знаешь их.
С ними весело. А с твоими разве нет?
Э-э. Весело – это не про них.
Ладно, я сейчас.
А можно на пианино?
Да, пожалуйста. Это семейная реликвия.
Красиво.
Я люблю такое барное пианино...
Моросит дождик, всё серое,
Нью-Йорк окутан лёгкой дымкой.
Влюблённые назначают свидание на шесть вечера.
На Центральной Станции. Под часами, как в том фильме.
Хороший фильм, но лучше на улице.
М... Тогда Ист-Ривер? Где стоянка у буксиров. Люблю катера.
Почти. Уже очень тепло.
Знаю! Знаю. Под часами!
Какими?
Часы Делакорте, в Центральном парке, где звери ходят по кругу.
Отлично. Как в старом кино.
Мы с мамой раньше вечно смотрели старые фильмы.
Она изучала декор. Не знаю, они всегда такие сказочные.
В моей версии он ждёт, играет музыка, и она не приходит.
Или она ждёт, а он выбирает другую.
Пусть они целуются под дождём, по-моему, отлично,
даже если это шаблонно.
Представь себе.
Давай.
Без минуты шесть, ты ходишь туда-сюда, начинают падать первые капли дождя.
Ты у часов Делакорте в Центральном парке.
Ждёшь своего... дерматолога.
Но он только что нашёл у себя на губе карциному.
Ты ждёшь, а метастазы растут.
Так, всё, хватит об этом. В моей версии всё отлично.
Он встречает меня, обнимает, целует меня.
Замечательно. И никакой биопсии.
Конни! Конни!
Тед.
Так ты ходишь по магазинам с Джуди в Коннектикуте?
Что ты здесь делаешь?
Я случайно увидел тебя в окно из машины.
- По чистой случайности. - Ага.
- Ой, надо же. Неудобно получилось. - Неудобно?
Неудобно? Это длится несколько месяцев? Правильно?
- Мы хотели признаться. - Когда?
- Я... - После... после переезда в Лондон?
- Нет. - Ты мечтала, чтоб мы переехали.
Слушай, ну так вышло, Тед. Мы с этим боролись.
Конечно, боролась. В каждом отеле, на каждом матрасе.
- На заднем сиденье в ка... - Секс тут вообще не при чём.
Секс всегда при чём, всё на свете про секс.
- Ясно. - Экономика — это тоже секс.
Так, знаешь что. Я не обязана всё это слушать посреди улицы.
Ты с моим лучшим другом, такое клише. Не может быть.
Только не суди Ларри, он тебя обожает.
Он хочет быть таким, как ты.
Знаю. У него мой парфюм и моя жена.
- А это кто? - Тед! У вас всё в порядке?
- Она тут вообще не при чём. - Кто это?
Нет, всё в порядке. Стой там, Эшли. Не мокни.
Я из газеты «Ярдли Аргус».
Откуда?
- Ярдли Аргус. - Нет, она...
Она просто делает материал про Ролли.
Про Ролли? Тогда с какой стати вы преследуете меня?
- Ты пытаешься сменить тему. - Я не меняю...
На меня не переводи - я застукал тебя. Застукал.
Что? Ты, ты который с ума сходил по каждой юной актрисульке...
- ...или модели. - Нет, стой, что ты такое говоришь?
Ты о чём вообще? У тебя давно роман с Ларри Липшицем!
Да, а ты шпионишь за мной со своей пятнадцатилетней наложницей.
- Она – журналистка! - О, мне 21.
- Ей 21. Она журналистка. - Ах, ей 21?
И я могу это доказать!
- Да что ты? - Не надо этого делать.
В барах всегда просят.
Тебя застукали.
Знаешь что.
Раз ты журналистка, давай я сделаю заявление для прессы, про мужа.
- Что, правда? - Да.
- А можно, я запишу? - Конечно.
- Вперёд. - Эшли, не надо.
Спроси его – почему всегда он спокойно изменял мне?
Ты свихнулась? Она свихнулась.
- С секретаршей. С актрисами. - Ты свихнулась. Неправда. Неправда.
- О! С поэтессой! - С поэтессой?!
- С поэтессой! - Это для удовольствия...
- ...или по работе? - Такси!
Она... Хватит забивать ей голову, Эшли, пошли.
Я пишу – адрес киностудии.
На. Найди Ролли.
- Давай, найди Ролли. - О, я...
Я совсем не ориентируюсь в Нью-Йорке.
Не страшно. Дай ему адрес.
- Найди Ролли. - А ещё спроси...
- ...спал ли он с Самантой Лерой. - Хватит.
Знаете, у нас совсем не таблоид.
Да? «Не-таблоидов» не бывает, дорогая.
Скажи про фильм что-то хорошее, иначе он его совсем убьёт!
И не пиши про это ни слова.
А, не волнуйтесь! Мы вечно всех защищаем.
Я уверен.
Конни!
Мы здесь с твоей сестрой впервые поцеловались.
Знаю, она сказала.
Ты смотрел на картину Босха,
почувствовал прилив романтики и поцеловал её.
И она поняла, что психолог тебе не помог.
Ещё скажи, что и это была четвёрочка.
Если б она поставила больше, я б её послала к врачу.
В этой элегантности есть что-то ужасно милое.
Моя мать мечтала бы, чтоб Сарджент нарисовал её в такой позе.
Как красиво они одевались тогда в Париже.
А я бы туда даже переехал.
Я так и не спросила – а ты чем планируешь заниматься?
Не знаю, пока так.
В каком смысле?
Я не знаю, кем хочу быть, знаю, кем не хочу. Это плохо?
То есть, никакой стратегии?
Ну, летчиком-испытателем я точно не буду, или священником или проктологом.
Этих вычёркиваем.
Ясно. Ты не банален. Когда ты был с Эми, я в тебя слегка влюбилась.
Ты в меня влюблялась?
Ага. Скажи, странно?
Не знаю, может, потому что ты водил её в странные места,
например, по этим барам с пианино, куда никто не ходит.
И на первую игру в кости.
Знаю, это же здорово. Я хотела знать все детали.
Я надеялась, что у вас всё серьёзно,
потому что ты не такой идиот, как остальные.
Я думала, ты – особенный идиот.
Рад, что произвёл впечатление.
Помню, Эми вернулась и рассказала, что ты повёл
её на пруд в Центральном Парке, и у вас был секс.
И про это рассказала?
Во всех влажных деталях.
Теперь мне стыдно.
Напрасно, она поставила шестёрку.
Поставила мне шесть. Эми...
С оговоркой, что ты никак не мог расслабиться.
Опасно расслабляться в парке в два часа ночи!
- Но так романтично. - Ладно.
А потом начался дождь.
Да, это было самое лучшее.
Её волосы вымокли. Одежда стала прилипать к телу.
Она начала чихать.
Это как-то не запомнилось.
Знаешь, а ты же и вправду вечно крутилась рядом, вредничала.
Ты это понял только сейчас?
Угу.
Угу?
Больше нечего сказать? Я не казалась милой или симпатичной?
Ты была нормальная.
То есть, без физических недостатков? У меня голова на месте и нет горба.
Знаешь, Чен... Я не обращал внимания, я стеснялся твоих родителей, и...
Потом Эми... Эми входила в комнату, как Мисс Америка.
Эшли тоже типа королева красоты?
Да... Она даже заняла первое место в своей школе в Тусоне.
И активистка?
Ага. А как ты догадалась?
Чутьё. Пошли отсюда.
Больные эти египтяне. Все деньги вкладывали в загробную жизнь.
Знаешь, Гэтсби, я считаю – живём один раз.
И этого достаточно, если найти правильного человека.
Погоди, ты намекаешь, что она меня кинула?
Имей в виду, я, итак, еле держусь.
Господи, ты по уши втюрился.
О, боже мой. Это мои тётя и дядя. Они идут на приём к матери.
Какой приём?
Они приехали, у неё сегодня приём, они ей скажут, что я здесь!
- И что? - Не могу объяснять, надо прятаться.
Прыгай в саркофаг мумии, я принесу тебе бинтов.
Алло?
Гэтсби! Да, я одна, наконец-то. Эм, а ты где?
Скажем так. Ты знаешь Тутанхамона?
Ты где? Стой, чем ты занят?
Посмотри, в каком прекрасном состоянии.
Алло? Гэтсби, алло?
- Гэтсби! Гэтсби, вот это сюрприз! - Чёрт побери.
Я собралась звонить твоей маме.
Здрасте. Вы к кому?
Я ищу Роланда Полларда.
Роланд Поллард. А, да, да, был сегодня.
Э, не уверен, что он ещё там.
Мам, это была часть плана. Мы с Эшли хотели сегодня сделать сюрприз!
Я случайно встретил дядю Тайлера и тётю Грэйс, ясно?
Не волнуйся. Мы придём к ужину. Всё будет хорошо.
Я думал, это будет, э, веселый сюрприз.
Ой, мы испортили твой сюрприз!
Мистер Поллард?
Ролли?
Здравствуйте. Кого-то ищете?
Вы не видели мистера Полларда?
А, Ролли уехал. Где-то час назад.
О, он был в порядке?
Ну как, честно сказать, он...
Мне показалось, он слегка выпил.
А ты его подруга?
О, Боже мой. Вы – Франсиско Вега.
Это хорошо или плохо?
У моей лучшей подруги был бы инфаркт.
Ну, ой, то есть, она думает, что круче вас –
только изобретатель контрацепции!
И... я согласна.
Я... О... не может быть, я говорю с Франсиско Вегой!
Ну что это такое. Я – журналистка, а веду себя, как подросток.
Просто вы же... вы же Франсиско Вега!
Да, я знаю.
Сейчас главный вопрос – кто ты такая?
Кто, кто я? В смысле, вы хотите знать, кто я?
Эм, ну, моё имя, да?
Да. Ты же его вспомнишь?
О, я, эм, ох...
Не может быть, я за... Я сейчас просто его забыла.
А ты посмотри на правах.
Точно. Ага, сейчас. Так.
Значит, эм... О...
Меня зо... зовут Эшли Энрайт.
Права обычно не подводят.
Ну да. Я, эм...
Ну, я работаю на «Ярдли Аргус», я туда пишу.
А в Нью-Йорке я беру интервью у мистера Полларда.
Ого. Вы в жизни такой же, только лучше.
Знаешь, что я тебе скажу. Ты – самая симпатичная журналистка на свете.
- Из тебя получится очень... - Франциско!
...сексуальная ведущая.
Вы что, вы же каждую неделю в журналах с какими-то невероятными моделями.
- Залезай. - Куда мы идём?
Не сейчас, ребят. Не сейчас, кончайте. Минуту покоя.
- Посмотри сюда! - Хватит. Нет.
- А мне сюда можно? - Чувствуй себя, как дома.
О, ладно.
Не хочешь присесть?
О, нет-нет-нет.
Выпить хочешь?
О, нет, спасибо.
А поужинать со мной?
Что надо сделать с вами?
Да.
У меня нет других планов, хочется перекусить,
а потом можно вместе пойти на вечеринку.
О, вечеринку! О, ужин.
О. М-м.
А как же... как же Тиффани Гриффин?
- В смысле, я думала вы пара. - Да что ты, не волнуйся.
Нет, мы как раз расстались.
- Я переоденусь в нормальную одежду. - Хорошо.
- А ты пока подумай, да? - Ага.
Господи...
Класс, теперь ещё тащить Эшли на этот тупой приём.
А что же в этом плохого?
Что в этом плохого, Чен?
Я хотел провести вечер вдвоём с Эшли,
в Нью-Йорке, а не в осином гнезде плутократов.
«Осиное гнездо плутократов» — это как строчка из меню фьюжн-ресторана.
Меня не волнует курс евро, сколько Баския у кого-то,
или какой у них джет – Фолкон или Гольфстрим, блин.
Для меня это бессмысленно.
Но от наследства ты отказываться не торопишься.
Это что значит?
Ты мог бы снять квартиру, работать, оплатить свой колледж.
Кем работать?
Пианистом, в баре. Или...
Игрой в покер? Или в кости?
Злая ты, Чен. Ты попадёшь сразу в ад.
Это так романтично, все эти игроки
и старые песни встречи под часами.
Ага... Только в кино, не в реальности.
Нам, простым людям, и реальность сгодится.
Весело убили время. Удачи тебе с меланомой.
С кем?
С твоим доктором.
Он хотя бы не прячется по Египетским гробницам.
- Вон он. - Вега!
- Так... пошли.
- Франсиско! - Привет. Спасибо, что пришли.
А у вас так всегда?
Франсиско!
Это ещё ерунда.
Вега!
- Один автограф! Спасибо. - Я вас обожаю!
- Спасибо, что вы здесь. - Франсиско!
Вега!
Извините, надо бежать. Простите.
- Я люблю тебя! - Отойди.
Пожалуйста.
Франсиско, что за девушка?
О, да я никто.
Чем вы занимаетесь?
Ой, я правда никто.
То есть я была Мисс Дружелюбие в Скоттсдейле, но это, правда, не важно.
Где вы познакомились?
Пошли. Пошли, давай.
Кто эта девушка? Ну?
Вам тут нечего ловить.
Всё. Спасибо. Спасибо, что вы здесь.
Чао! Чао, чао.
Давай!
- Всё, это всё. - Одно фото, одно фото.
Поехали. Спасибо большое! Спасибо!
Публика столько хочет про вас узнать.
Правда ли, что вы родились в Восточном Экспрессе, на окраине Будапешта?
А обе твои сестры такие же хорошенькие?
И прошу, без ложной скромности.
Они, эм... а... ну да. Да.
- Да? - Э...
Да, они даже посимпатичнее. Да. Особенно Тэйлор.
Слегка похожа на вашу девушку, Тиффани Гриффин.
Хм. Могло быть хуже.
Ага. Эм, так... э...
Вы же всерьёз планируете сделать ремейк «Белой Горячки»?
А у тебя есть бойфренд?
У меня?
- Ох... - Да. То-есть, нет, прости.
Это я... это я зря спросил, эм... Прости, я выпил и...
Просто это... Свет от свечей падает тебе на лицо.
И это так изумительно.
Прости меня, но ты так улыбаешься, знаешь...
Я... я не удержался и спросил есть у тебя бойфренд или нет.
Есть ли у меня бойфренд? Вы это спрашиваете?
Да.
Ну, э...
Да и... строго говоря, нет.
То есть, есть... есть один мальчик в Ярдли...
И он, эм... то есть... он ещё мальчик.
Просто юноша. Э... Мы с ним встречались пару раз.
Наверное, ты без ума от него.
Он, кто, капитан футбольной команды?
Футбол? И Гэтсби? Нет! Нет.
Он не играет в футбол. Ага. Любит угадывать турнирную таблицу.
А, то есть, он математик.
М, не с... не совсем.
Нет, Гэтсби, эм... Гэтсби очень хороший.
Он очень... милый.
И необычный, э... эксцентрик. Знаете?
Вот это самое точное слово для Гэтсби: чудной.
Он, э, очень странный.
Он ищет так сказать, э...
Романтический идеал давно ушедших дней.
А что это за вино?
Это Шато Мэйни.
Ой...
Зря я так поглощаю спиртное.
Алкоголь раздражает мои мозговые нейроны.
Как именно?
О, я теряю любой стыд.
Я стану, дерзкая, лёгкая...
Страстная, агрессивная, озорная...
Абсурдная! Просто...
Здрасте.
В покер тут играют?
А ты кто?
Меня зовут Гэтсби Уэллс.
Как?
Пусти его, это брат Хантера.
Я вместо Хантера, если вы не против.
А, да. Хантер звонил, сказал, что ты вместо него.
Ты точно хочешь с нами играть?
Ха-ха, не пугай его. Хантер говорит, он акула.
- Поосторожней с ним. - Акула? Рыбка гуппи.
Ага.
- Вы не беспокойтесь... - О.
У меня тут кое-что есть.
- Парень при бабках. - Ладно... Присаживайся, друг мой.
Пропускаю.
Ладно. Тогда колл.
Ладно.
Это безумие. А если с ней что-то случилось? А если она попала в беду?
Поднимаю. Две тысячи.
Может интервью зашло слишком далеко. Может, её похитили или уже убили.
Надо звонить в полицию.
Будет страшный позор, если она потом объявится живой.
Эй, парень. Будешь уравнивать? Две тысячи долларов.
Эм...
Поднимаю.
Я тоже поднимаю. Ва-банк.
...температура около пятнадцати градусов.
Вечером ожидается дождь, местами с усилениями.
Завтра прояснений не ожидается.
Облачность с вероятностью дождя во второй половине дня.
К более весёлым новостям.
Франсиско Вега сейчас в Нью-Йорке со своей новой девушкой.
Нашим шпионам удалось разузнать, что её зовут Эшли Энрайт,
она королева красоты из Тусона, Аризона.
Позже их заметили в ресторане, где они пили коктейли
в романтической атмосфере и болтали по душам.
Ну, то есть, я была Мисс Дружелюбие в Скоттсдейле,
но это, правда, не важно.
А где вы познакомились?
- Кто эта девушка? Ну? - Пошли, давай.
Что ж, удачи, Франсиско. Мы за тебя болеем.
Роскошная пара. Им не нужна наша помощь.
Чао! Чао, чао.
Мне срочно надо выпить.
Мне нужны алкоголь и сигареты.
А больше всего – баллада Ирвинга Берлина.
У вас тут замечательно, просто замечательно.
Спасибо.
- Счёт? Спасибо большое. - Да...
Вам повторить?
Да, если можно – двойной.
Вы уверены?
Не волнуйтесь, я потом не сяду управлять трактором.
Алло?
Мам, дай мне шанс, я же тебе сказал, что приду.
Эшли в порядке.
Да, я не забуду про галстук, и буду вовремя. Все, не могу говорить.
Франсиско Вега, дрянной актёришка.
Разве он способен на настоящие чувства?
Манерные жесты, вся эта показная либеральщина.
Жаль, его остановили, когда он угрожал,
что покончит с собой, чтоб остановить глобальное потепление.
Если Эшли нравится такое...
Мир полон прекрасных женщин.
Извините, это вы мне?
Извините, это я сам себе.
У меня так бывает.
Вы видели когда-нибудь фильм «Из прошлого»?
Как-как?
Джейн Грир и Роберт Митчум.
- Нет. - Она была опасна.
Это как карта ляжет.
Вы одна?
Да. Могу составить компанию.
Конечно.
Привет.
Терри Форд.
Меня зовут Гэтсби Уэллс.
Что случилось, Гэтсби? Чем ты расстроен?
Она ушла от меня к кинозвезде.
У-у.
Знаешь, как говорят. С харизмой не спорят.
Не хочу пить один в номере.
О, ты – гость отеля?
Нет, но начал ходить сюда, когда мне можно было только газировку.
Тут хорошие пианисты. А теперь мне можно пить джин и вермут.
Да, время летит.
Только, к сожалению – эконом-классом.
В каком это смысле?
Это - не лучший способ летать.
И не говори.
Что вы здесь делаете одна?
Работаю.
Как именно?
Исполняю все мечты.
Каким образом?
А ты угадай.
О, ого.
Переместимся в менее людное место?
Да, конечно.
Да, это можно.
Хорошо. Солнышко, я стою пятьсот.
Пятьсот.
Ясно.
Знаю, ты думаешь, что пятьсот – дороговато, но это Нью-Йорк.
Хочешь заработать пять тысяч?
- Пять тысяч? - Угу.
Смотря за что.
На приёме надо составить мне компанию.
В одежде, без объятий, без обмена жидкостями.
Притворяемся. Только ролевые игры.
И что за приём?
Мамин приём. Очередное тупое сборище.
Я выиграл пятнадцать штук в покер, мне нужна компания.
Девушка, реагирующая на имя Эшли Энрайт.
Надеюсь, я достойно одета.
- Тут всё такое навороченное. - Ты просто прекрасна.
- Не волнуйся, ты идеальна. - Ладно.
Так, тут бывает скучновато.
Потерпишь? Спасибо, спасибо, что пришли.
- Привет! - Вега, привет. Рад тебя видеть.
- Ты помнишь Харриэт. - Отлично. Взаимно.
Да, привет. Лучший шеф в городе.
- Обязательно попробуй его паэлью. - Вега. Привет, зайка.
Привет! Как ты?
Можно тебя украсть на минутку, что у тебя осенью?
- У меня есть проект прямо для тебя. - Сейчас?
- Да, сейчас. - Ладно, ладно.
- Не против? На пару минут. - Нет.
- Не потеряешься? Да? - Да.
Точно? Я быстро.
Привет, как сам?
- О, спасибо. - Хорошо.
- О, Гарсиа. - Смотри, какие люди!
О. Вы – Габриэлла Саммерс?
- Да. - Ой, у меня столько вопросов.
- Хорошо. - Это для статьи. Э...
Ладно.
Уже недалеко. Тут буквально за углом.
Отлично. Обожаю гулять.
Я, кстати, вырос в этом доме.
О, ты, наверняка, учился в какой-то крутой школе?
Да, учился.
Правда, там у всех детей открытые счета в Бергдорфе и Праде?
У них куча бабла и наркотиков и...
- ...всё такое. - Не знаю, я там ни с кем не дружил.
Я смотрел старое кино и слушал винил.
Это странно.
То есть, ты книжный червь?
Просто мать бросалась на культуру, как на амбразуру,
я обязан сходить в музеи, обязан слушать фортепианный концерт,
или в оперу.
Я обязан прочесть Генри Джеймса, даже если засыпаю над книгой, вот так.
- О. - А я люблю Чарли Паркера.
А кто это?
Неважно, забудь.
Мда, настрой у тебя боевой.
Вот ты где! Извините, что перебил вас.
- Вы здесь! - Да, я здесь.
А мы вас везде искали.
Я приводил мозги в порядок.
Вы просто растворились. Мистер Муки Творчества.
Можно поговорить наедине?
Да.
Прошу.
Я сама так хотела поговорить.
Ваш фильм настолько прекрасней, чем вам кажется.
- Да? - Угу.
И финал такой, жутко трогательный. Прямо винтажный Роланд Поллард.
Садись.
Я боялся, что никогда больше тебя не увижу.
О...
Прости меня, я слегка выпил.
Мы так за вас волновались.
Я весь день обдумывал всю свою жизнь и работу.
Э... Я бы хотел узнать тебя ближе, Эшли.
Да ладно?
Ты была бы не против, поехать со мной на юг Франции.
На что чего?
Только при звуках твоего голоса я... я начинаю что-то слышать.
Только твоим словам поддержки я на самом деле поверил.
О.
Ты муза.
Я... ну я... Я думаю, вы просто выпили лишнего.
Я-то уж точно.
Поедем со мной. Ты будешь просыпаться в аромате апельсиновых деревьев.
Мы будем говорить про мой новый фильм, твоя чистота будет путеводной звездой.
А... А ты... будешь вся в запахе апельсинов.
Кажется, вы меня путаете с, типа, с другой Эшли.
Которая пишется иначе.
Я знала, что это вы!
- О! - О, Эшли.
- Ты... Ты - здесь! - Привет!
Я здесь! Все здесь! Роланд здесь!
А, да-да, мы вместе пришли.
- М. - Я хотел...
Я даже не знал, как мне тебя найти.
- О. - Я хочу извиниться за сегодня.
- Ты очень понимающая девушка. - Ой, не страшно. Да, мне...
- Мне вас так было жаль. - Нет, нет, нет. Нет, нет, нет, нет.
Я в порядке. В порядке. И даже... Лучше просто не может быть.
Ага. Ну, в общем, да.
Да, в общем, вы только что узнали, хм...
- Что жена спит с лучшим другом. - Ага.
- И вы – на вечеринке! - Я на вечеринке!
Да.
Я пошёл домой, зашёл в квартиру и вдруг понял,
что неверность Конни не... не очень-то меня и задела, знаешь?
И я... я думал, я вспоминал, что ты сказала про мои фильмы.
Я подумал – боже, почему её похвала так важна для меня?
О...
Это правда, правда. И меня осенило. Меня осенило, что это наша судьба.
Мы... мы пытались найти бродячего мятежника Роланда Полларда,
мы попали в приключения, и в киноверсии, в моей киноверсии, герой...
Он вдруг понимает, что, что он влюбился в эту девушку.
Я всё это уже тысячу раз играл.
Ты таких сценариев в жизни не видел, Вега.
- Привет! - Ладно...
Эй, это ты.
Здрасте.
- Я позвоню Сэмми, если не ответишь... - Да, звони Сэмми.
- ...до пятницы. - Правильно. Чао. Чао-чао.
Извини, пропал надолго.
Так странно...
Мой папа всегда говорил, что нельзя пить и мешать
зерновые с виноградными, а мне кажется – в самый раз!
Да. Слушай, знаешь что? Кажется, пора валить.
- Да? - М... Куда валить?
Рад, что вы оба смогли прийти.
Спасибо.
Гэтсби! Почему же ты не предупредил, что хочешь приехать.
Ты знаешь, я очень не люблю сюрпризы.
Мама. Папа. Это моя девушка, Эшли Энрайт.
Очень приятно.
Рада познакомиться, Эшли.
Взаимно.
Приятно познакомиться.
Как поживаете?
- Спасибо, хорошо. - Очень приятно.
Мы работали с твоим отцом.
Да, он о вас очень хорошо отзывался.
Но мы не встречались лично. Это был его банк.
Да, у него столько банков.
Ну что, как Ярдли?
А, очень спокойно, знаете ли. Снега многовато зимой, как-то так.
Ясно.
Деревня, но там отличная программа изучения Курдской культуры, так что...
Ты не задумывался о карьере?
Твой отец жалуется, что ты всё никак не решишься.
Задумывался, конечно, Ленард.
Я тут подумываю насчёт ядерной физики, хочу антиматерией приторговывать.
- Да ну... Он шутит. - Что?
Нет, ему нравится играть на пианино и петь. И ещё блэк-джек.
Когда ты был маленький, мама хотела, чтоб ты был пианистом.
А, да, у неё всегда были на меня большие планы.
- Да уж. - А у вас, Эшли, какие планы?
Она, кстати, хочет быть журналисткой.
На ТВ или в печати?
- Да, политика всякая, знаете, эти... - ТВ. Я бы хотела вести погоду.
Горячие точки..
- У погоды. - Хм.
Класс.
Ты смотришь на Эшли весь вечер. Что-то не так?
С ней что-то не так, это точно.
Вполне симпатичная.
Хм, и не дура для своего возраста.
Заходи.
Ого.
- Ничего себе. - Неплохо, правда?
Что там у тебя такое с Тедом Давидофф и Ролли Поллардом?
Просто болтали.
Да? Ладно.
Не волнуйся.
Думаю, их интересовало только твоё интервью.
Ой да, интервью - мама не горюй.
И это только начало. Прошу, садись.
Расслабься.
Это просто изумительно.
Она очаровательная. И секси! Ты скрывал, что она такая!
Я всегда говорил!
- Она старше тебя? - А?
На вид старше. Да. М. Женщина должна быть опытной.
Пора тебе уже обзавестись профессией,
такая красотка не станет сводить концы с концами.
Забавно, что ты упомянул о концах.
Ты должна это разрулить, Эшли.
Он же... Очевидно, что он хочет с тобой переспать.
И что теперь с этим делать?
У тебя есть бойфренд.
Да, но...
Блин, это же Франсиско Вега!
Боже... Во-первых, он сексуальный...
И потом, он - международная звезда.
Как... Махатма Ганди. М...
Ну как тут отказать?
Будет, что рассказать внукам.
Показать верхний этаж?
О, конечно.
Здесь неплохо, но там – в сто раз лучше.
Ясно.
Смотри. Я нашёл нам виски.
А здесь ты спишь?
Да. И сплю тоже.
Смотри. Отсюда видно всю квартиру.
О...
Особое место.
- Мило. - Да, я знаю, я знаю.
О... Да...
Давай помогу.
Хо-хо. Ну надо же.
О, это ещё что за чёрт. Щас, секунду.
Да?
Это Тиффани. Я дома!
О... О, Тифф...
Я думала, вы с ней уже расстались.
Э, нет, мы... О, нет-нет-нет.
- Но ты сказал... - Секунду. Всё будет хорошо.
Ты уверен?
- Да. - Но ты же сказал, что вы не вместе.
- Ничего же ещё... Я... - Да, нет, но мы, да... Знаешь, что?
Прячься тут. Вон, вон, за той дверью.
- О... - Давай-давай.
Она тебя не видит. Быстро, лезь-лезь-лезь.
- Сюрприз! Привет! - Что ты тут делаешь?
Съёмки закончились раньше.
- Что, правда? - Я так рада, что ты дома... Там ливень.
- Ага. - Я только с самолёта.
- О, Боже мой. - Ага. А ты совсем меня не ждал?
Я, я, я, я, я ужасно рад, да, но...
Франсиско, почему ты... Что ты так разбегался?
Просто готовлюсь к тебе!
С возвращением! А? Эй.
Я только с самолёта.
- Ну да. - Мы раньше закончили!
Ого.
Я прямо из аэропорта. Тебя же возбуждают сюрпризы.
Да-да, а ты...
М, любимый.
М-м, как я скучала.
Да, я тоже. О, я так скучал по тебе.
Что это было?
Я ничего не слышал.
Я точно что-то слышала.
- Эй, стой. - Секунду.
Эй... Вернись, тебе показалось!
Да... Да...
А, вы не знаете где отель Уолдорф?
Что ты придумала, мам?
Нам надо поговорить.
О, нет. Нет, прошу, только не сегодня, мам!
Я совсем не готов к твоим тет-а-тетам, в которых я вечно проигрываю.
Только не сегодня, мам, ладно? Где Эшли?
Я велела ей уйти.
Что? Почему?
Только не надо мне вешать на уши лапшу.
Я сразу поняла, что она шлюха.
Мам, ты себя слышишь?
Да, и офигенно хорошо.
Я в шоке. Я...
Пф, ладно, извини меня.
Я встретил её в баре Карлайла и дал ей пять тысяч, чтоб она стала Эшли...
Которая меня бросила.
Пять тысяч? Чтоб выставить нас с отцом идиотами?
Мне было очень плохо. Я решил пошутить.
Шутка вышла плохая, и что?
Я крупно выиграл в карты и решил поиграть в бунт.
Ты поиграл в войну.
В войну и в бунт.
Бунт против чего? Частных школ, хорошего дома, каникул в Европе?
Против такой претенциозной жизни: подобающие друзья, подобающие школы,
подобающие женщины, которых ты можешь ещё и не одобрить.
Тебя не устраивает мой высокий стандарт.
Мама, при чём тут стандарты, просто прими меня.
Я не буду, как Хантер, я не сойду с конвейера,
ты не будешь мной гордиться.
И ты врал, что слишком занят, чтоб приехать на приём,
что ты просто по уши завален делами в Ярдли.
Знаешь, мам, да, я врал. Потому что я не хотел на приём, ясно?
Я хотел быть вместе с Эшли, в городе, и получить удовольствие.
И где же Эшли?
Я сказал, она меня бросила. Нас развело. У этого города свои планы.
И ты так злишься на меня за это, что привёл в дом шлюху?
Она – эскорт, мам.
Не надо ловить блох, лобковых.
Главное – встряхнуть это ваше сборище снобов.
И ты решил привести её в качестве твоей девушки,
чтоб выставить меня дурой?
Знаешь, мам, извини.
Я не знаю, почему я такой, и я не знаю,
откуда у меня эта мерзкая черта характера.
Не знаю.
Она от меня.
А, конечно, от тебя, о да... Королева хорошего вкуса.
Ладно.
Ты уже большой, чтоб узнать эту непристойную историю.
С твоим отцом...
Я встретилась, когда работала... в эскорт-сервисе.
Точнее, я была шлюхой.
Прямо как та девушка, которую ты пытался выдать за Эшли Энрайт.
Что?
Не морщи лоб.
Я постучалась в номер твоего отца, зарабатывая на жизнь.
Только из Индианы.
Предоставляла одиноким самцам возможность отвлечься от забот.
За деньги.
Вот только с твоим отцом мы влюбились.
И мы не только поженились, Уинстон использовал мои сбережения,
чтоб открыть кампанию, которая позволяет
нам вести весьма привилегированную жизнь.
Ты успеваешь? Или лучше помедленнее?
И я оплатила своё обучение, чтоб мой
блестящий сын мог смеяться над моим вкусом.
Я хочу... Я хочу тебе сказать...
Что если я чуть перестаралась в своём желании казаться изысканной,
создать некий образ, и...
Если я доставила тебе дискомфорт...
Это просто одна бывшая проститутка со
Среднего Запада слишком рьяно старалась смыть
налипший запах гостиничных номеров, что до сих пор ей снятся в кошмарах.
И если ты не понимаешь, откуда в тебе загадочная страсть к дамам полусвета...
Это просто мои гены.
И прости, малыш, что вывалила на тебя эту историю «детям до 16-и»,
но что-то подсказало мне – пора.
Поднимите стулья – и всё. Заканчиваем смену.
О, привет, Гэтсби.
Привет, Джонни.
Видел тебя по телеку.
Но ничего не было.
Я дико устала. Я шла вечность.
И заблудилась в метро!
Эшли, ты была вместе с кинозвездой!
Но ничего не было.
Хотелось бы верить.
Просто много выпила. Много покурила.
Я так устала, не могу объяснить.
Завтра, обещаю.
Но правда, Гэтсби, ничего не было.
Тогда снимай мокрый плащ, а я принесу тебе кофе.
О, не могу. На мне нет одежды.
И с Роландом Поллардом это было очень высокодуховно. Я была муза.
Дарила вдохновение. У него сейчас такой сложный творческий период.
И потом меня зовут также, как его первую жену,
и она тоже училась в Ярдли!
И он до сих пор влюблён в неё.
А потом Тед Давидофф...
Он был просто страшно травмирован тем,
что его жена изменяла ему с лучшим другом.
А тут я, как раз – ему нужен кто-то...
Поговорить, за руку подержать в таком кризисе.
А как же Франсиско Вега? Этот Джеймс Дин, минус актерский талант.
Франсиско Веге интересовало лишь моё тело. Я его раскусила.
И у меня теперь такой материал для эксклюзива: «Свидание с потаскуном».
Хм.
Ну а ты как?
Сходил на приём к своей маме?
В целом – очень мило.
У нас с ней был какой-то безумный разговор и...
Впервые она удивила меня в хорошем смысле.
Мы с ней стали ближе.
Серьёзно, наверное, поговорили. И что обсудили?
Древнейшую профессию.
- Журналистику? - Не-а.
А. Нет, это вторая древнейшая.
Скажем так, в ней есть много чего, о чём я не знал.
Недооценил.
Как жалко, что мы так и не покатались в карете.
Найдём время. Сейчас всё раздвинем и вставим.
Как сказал клиент моей маме.
Что?
Ничего. Багаж лучше отнести вниз.
Не хочу пропустить автобус на Ярдли.
Нью-Йорк в туманный день.
Не знаю, почему, но это невероятно важно.
Хм. Единственная поездка – а погода плохая.
Не могла спать всю ночь. Слышал, сколько было сирен?
Слышал.
«Трафик грохочет лихо, а в комнате пусто и тихо».
Я это знаю! Это же Шекспир, да?
Сэр, можно остановить?
А зачем это?
Эшли, возвращайся в Ярдли. А я останусь в Нью-Йорке.
Что?
Я не выживу без выхлопных газов.
Но... что ты хочешь сказать?
Я не знаю, мы с тобой разные существа.
Тебе нравится пение сверчков, а мне – грохот такси.
Ты цветёшь на солнце, а я... Мне, чем серее небо, тем лучше.
- Ну, да... - И ты произвела сенсацию,
ты идеальный репортёр.
Тебя хотели духовно, эмоционально и физически три талантливых мужика.
Да...
Да зачем я тебе? Ты заслуживаешь лучшего.
Да, но, я... Ты не будешь учиться в Ярдли?
Прости за претенциозность, но я бы рассмотрел варианты.
Извините, сэр, вы сможете довезти её до отеля Пьер?
- Стой. Гэтсби, я не понимаю. - На, возьми это. Вот, держи всё.
- Заберёшь багаж... - Я правда не понимаю.
- И спокойно доедешь обратно, ладно? - А ты не едешь обратно в Ярдли?
Я, я... Я не знаю, Эшли.
- Мне давно пора браться за ум. - Стой.
Слушай, хорошей поездки, попрощайся там за меня со всеми, ладно?
Но... Стой. То есть ты точно не едешь обратно?
Стой я... Гэтсби? Эм, стойте, сэр, я...
Гэтсби, я не понимаю!
Я...
Но мы...
О...
Оу, Боже, давайте быстрее, а то дождь начинается.
Я знал, что найду тебя здесь.
Ты знал, что я не упущу такой шанс.
А как же твой доктор?
Очень красивый. Богатый и очень умный, но я здесь.
Ради парня, который целуется на восьмёрочку?
Сейчас осень. К весне я тебя дотяну до десятки.